Консультация №1
Ворота парка заперты на замок.

За кованой оградой в темноту убегает асфальтовая дорога, усыпанная белыми цветами каштана. Деревья, подсвеченные фонарями, влажно блестят после дождя.

Ни души.

И только я стою на полукруглой площадке, как на сцене, в коктейльном платье и туфлях на шпильках.

Пишу сообщение на английском: «Ворота закрыты. Что делать?»

«Следуй за знаками», — советует мне экран телефона. Следом появляется смайлик.

Я озираюсь, обнимая себя за плечи. Ночной город сонно поглядывает на меня мерцающими окнами пятиэтажек. Фонарь над головой моргает — и гаснет. Надеюсь, это не знак.

Следующее сообщение я читаю, курсируя вдоль ворот, — так теплее: «Хочу, чтобы ты запомнила этот день рождения на всю жизнь».

Я попадаю шпилькой в отверстие между кусками плитки — да так неудачно, что приходится снять туфлю и вытаскивать ее руками.

«Уже запомнила! Не сомневайся», — балансируя на одной ноге, я хватаюсь за прутья ворот, чтобы удержать равновесие. Лязгает металл — и вместе с брызгами дождевых капель к моим ногам падает бутон белой лилии.

Вот это уже похоже на знак.

Я поднимаю цветок. Алые крапинки на лепестках смешались с рыжими песчинками. Аромат сладкий и терпкий — будто прелюдия к тайне. Невольно касаюсь лепестков губами.

Значит, все же дело в воротах.

Что с ними не так? Черные штыри высотой в два моих роста увенчаны позолоченными пиками. На штырях расцветают металлические лилии и поют металлические соловьи. Присматриваюсь к замку. Да он не закрыт! Только продет через петли цепи, соединяющей створки ворот. Я легко его снимаю.

Вот и пройден еще один этап квеста, который устроил мне Пашка, мой лондонский друг.

«Ворота открыты!» — пишу я, радуясь как ребенок.

«Умница! В конце пути тебя ждет подарок».

Теперь мне все кажется декорацией к празднику: и перышки облаков на бархатном синем небе, и громадины застывших аттракционов, и сияющие фонари. Моя тень то укорачивается, то внезапно раздваивается и вырастает, пока я бреду по дороге, собирая со скамеек лилии — они указывают мне путь.

Улыбаясь, выхожу к смотровой площадке. У самой ограды, на темном фоне, забрызганном огнями, стоит мужчина с лилией в руках. Он делает шаг вперед — из тени в свет фонаря — и у меня на мгновение перехватывает дыхание. Дорогой костюм, легкая небритость, аккуратные очки — давно я не видела таких красивых, стильных мужчин.

— Вы и есть мой подарок? — с любопытством спрашиваю я.

— В каком-то смысле — да, — с едва заметным акцентом произносит незнакомец и дарит мне цветок. Теперь в моем букете их пять. — Но лучше зовите меня Лео.

Он протягивает мне руку. Я машинально ее пожимаю.

Крепкое рукопожатие и глубокий, почти интимный взгляд. Кто же ты, Лео?..

Он мельком смотрит на часы.

— Две минуты первого. С днем рождения, Анна! Позвольте пригласить вас на легкий праздничный ужин!

— Вы и есть мой подарок? — с любопытством спрашиваю я.
— В каком-то смысле — да. Но лучше зовите меня Лео.

Стол накрыт в беседке чуть поодаль. Белоснежная скатерть, мерцающие свечи в высоких подсвечниках, фрукты на сверкающем блюде — ожившая сказка. Лео включает романтичную музыку. Достает шампанское из ведерка со льдом и тянет за язычок фольги, снимая ее с пробки.

— Кто вы, Лео?

Он поднимает на меня взгляд.

— Специалист по счастью.

Пробка выстреливает тихо, но сердце все равно вздрагивает.

— Вот как! — мои губы растягиваются в улыбке. — Значит, специалист по счастью...

«Лео, Лео…» — беззвучно повторяю я, кончик языка щекочет нёбо. Есть у этого имени неуловимое послевкусие, будто намек.

Шуршит пена. Лео протягивает мне бокал.

— За вас, Анна!

Мы чокаемся.

Прикрыв глаза, я делаю глоток. Чувствую, как легкий ветер трогает мои горячие щеки.

Значит, правду Лео не скажет. Ладно, догадаюсь сама.

Натренированное тело, зачехленное в строгую одежду. На запястье — потрепанный браслет из ниток — чуть выше дорогих часов. Крепкое деловое рукопожатие, при этом — постоянное балансирование на границе интимной зоны. Что бы это значило?

Наши взгляды на мгновение встречаются — и сердце вздрагивает, будто снова выстрелила пробка.

Костюм на консультанте сидит прекрасно, но все же я ощущаю едва уловимую дисгармонию. Будто ему непривычно в строгой одежде. Мужчину с таким телом проще представить в майке. Или без...

Ну, конечно!

И очки — тоже часть костюма! Они придают Лео солидности. Без них он был бы похож на Тарзана, а не… специалиста по счастью!

Как тонко, просто блестяще!

Отличный подарок на день рождения одинокой женщине. Сюрприз с легкой иронией — как раз в стиле Пашки.

Это все объясняет!

И его имя — Лео.

И нелепое — или, напротив, меткое? — название профессии.

И чувственную музыку.

И расстегнутую верхнюю пуговицу рубашки.

И этих чертиков в глазах.

Вот это подарок! Ай да Пашка, ай да сукин сын!

— Итак, Лео, что же мы будем делать? — я ловлю себя на том, что поигрываю ножкой бокала, и отставляю его на стол. Теперь некуда деть руки. Будто мне снова пятнадцать.

— Взаимодействовать, Анна, — Лео пригубливает шампанское, не спуская с меня глаз.

Некоторое время мы сидим молча, улыбаясь друг другу.

— Хорошо… — я понятия не имею, как вести себя со стриптизером. А он не торопится раскрывать карты, видимо, наслаждаясь игрой. Бросаю взгляд на букет. — Почему именно пять лилий?

— Возможно, потому, что вы были отличницей в школе. Или потому, что из всего парфюма вы признаете лишь «Шанель №5». А может, это просто мое любимое число. Кто знает?

— А вы подкованы!

— Это часть моей работы — знать о клиентах все.

— Мне кажется, вы слишком ответственно подходите к своим обязанностям, — я допиваю шампанское залпом. — Еще, пожалуйста!

Наблюдаю, как он встает со стула, как достает из ведерка бутылку, по которой стекают капли, наверняка, ледяные.

Пока Лео наливает шампанское, я приклеиваюсь взглядом к его брюкам. Такой костюм должен легко сниматься. Не будет же Лео прыгать на одной ноге, стаскивая штанину. Я чуть отклоняюсь, покачиваясь за задних ножках стула: пытаюсь высмотреть этот хитрый механизм. Какие-нибудь петли, пуговицы, резинки.

— Приступим, — Лео ставит передо мной бокал — и легким движением снимает с себя пиджак.

Я проглатываю комок в горле.

— Свежо, — Лео накидывает пиджак мне на плечи.

И вовсе не свежо — когда Лео вот так прожигает меня взглядом. Я едва сдерживаюсь, чтобы не заерзать на стуле, но все же сохраняю величественную и, в то же время, расслабленную позу. Давно на меня никто так не смотрел. Пусть и за деньги.

Лео достает из папки листы бумаги, протягивает мне.

Я прочищаю горло.

— Что это?

— Договор, который вам нужно изучить и подписать до того, как мы начнем.

Мельком смотрю на бумаги. Что-то там в лице индивидуального консультанта по счастливой жизни… Ставлю закорючки в конце листов.

— Я готова!

— Не хотите ознакомиться с условиями?

— Уверена, условия стандартные, — я улыбаюсь.

— Хорошо, — Лео подравнивает стопку документов, кладет их в папку. — Итак, начнем.

— Давайте, — я откидываюсь на спинку стула.

Музыку можно сделать и погромче.

— Сперва, пожалуйста, заполните анкету. Она объемная, но это необходимый этап нашего сотрудничества.

Я не сразу перестаю улыбаться. Толщина стопки листов — с палец. Или это шутка, или игра затянулась.

— Давайте пропустим формальности, Лео. И приступим к делу.

— К какому делу?

— К… — звук застревает у меня в горле. Я что-то начинаю улавливать в его голосе, но не могу понять, что именно. — К танцу.

Лео откидывается на спинку стула, скрещивает руки на груди.

— Танцу? — он улыбается. Пауза тяжелеет. — Боюсь, вы не так меня поняли.

Он выключает звук на колонке, и тишина, которая на меня наваливается, звучит красноречивее слов.

Танца не будет.

Лео не стриптизер.

Теперь я вижу перед собой другого человека. Чертики в его глазах пропали — будто и не было. И жаром от него не пышет. И в костюме он чувствует себя непринужденно.
— Анна, вам нужно потерпеть меня всего три месяца. Если за это время вы не станете счастливой, компания вернет деньги заказчику.
— Вы точно не стриптизер? Потому что эта благородная профессия имеет непосредственное отношение к моей счастливой жизни, — пытаюсь отшутиться я. — По крайней мере, сегодня, в день моего рождения.

— Точно. Я не стриптизер.

— Очень жаль…

— Это легко читается по вашему взгляду.

— Я просто ждала в подарок чего-то более… практичного. Кстати, вас можно передарить?

— Нет, Анна, меня нельзя передарить.

Он совершенно серьезен.

Он совершенно серьезен!

— Лео, — устало произношу я. — Зачем вы заманили меня сюда?

— Чтобы отметить ваш юбилей… — он запинается, заметив мой прищур, — и чтобы обозначить лейтмотив наших курсов по счастливой жизни.

— Какой лейтмотив? — в моем голосе появляется легкое раздражение. — Страшно, темно и холодно?

— Креативно, романтично и… вкусно! — он с хрустом надкусывает яблоко. — Анна, вам нужно потерпеть меня всего три месяца. Если за это время вы не станете счастливой, компания вернет деньги заказчику. Но вы станете. Я пять лет обучался в Англии этому ремеслу.

От смеха я запрокидываю голову.

— И что в этом смешного? — вежливо интересуется Лео.

— Все! И то, что тело стриптизера засунули в костюм менеджера. И род ваших занятий. И акцент, с которым вы так серьезно произносите полную чушь! — я перевожу дух. — Вы хотите сделать меня счастливой за три месяца. Моему мужу это не удалось за восемь лет.

— Значит, он не профессионал в этой сфере.

Я тяжело вздыхаю. Упрямый! Или глупый.

— Сколько тебе лет? — я едва не добавляю «мальчик».

— Двадцать восемь.

— Мальчик, — все же не сдерживаюсь я.

— Я младше вас всего на два года!

— Ты младше меня, не женат, у тебя нет детей. Ведь нет? — я жду, пока он кивнет. — Ты приехал из другой страны, при деньгах. И ты хочешь научить меня быть счастливой?

— Да. И я научу.

— Что ты знаешь о счастье, мальчик? — последнее слово я не произношу вслух, только, думаю, Лео его слышит. Он открывает рот, но я перебиваю: — Ты такой весь из себя... Этот платочек в кармашке пиджака, эти сверкающие часы, эта стрижка — волосок к волоску. Ты не то, чтобы учить счастью… ты хотя бы жизни радоваться умеешь?

— Что, простите?

Я отрываю ягоду винограда и бросаю Лео в лоб. Попадаю.

— Что вы?.. — он не успевает произнести «творите» — уворачивается от второй ягоды.

— Ну чему ты можешь меня научить? — смеюсь я, продолжая обстрел.

— Прекратите!

— Это тебе не Англия, детка! — я швыряю в него целую горсть.

— Ну, сама напросилась!

Я все еще смеюсь, наблюдая, как Лео хватает бутылку шампанского, зажимает ладонью горлышко и, встряхнув несколько раз, направляет на меня.

…Несколько секунд я ничего не вижу и не слышу.

Открываю глаза. Как же щиплет!

Не сводя с Лео взгляда, медленно слизываю шампанское с губ. Чувствую, как холодные капли медленно стекают с волос, по скулам, по шее, устремляются в ложбинку декольте насквозь мокрого платья.

Мы бесконечно долго смотрим друг на друга.

Лео отставляет пустую бутылку подальше.

— Я отвезу вас домой.

Вместо ответа я поднимаюсь из-за стола. Вытираю глаза платком Лео и возвращаю ему пиджак.

Шампанское капает с платья на туфли. Я выкручиваю подол и направляюсь к выходу из парка.

У ступеней нас ждет белый лимузин. Седоусый водитель с энтузиазмом выскакивает из салона. Секундное замешательство — вид, думаю, у меня еще тот! — и он открывает передо мной дверь. Жарко поздравляет — разве что руку не целует, хотя и делает движение, на это намекающее.

— Ну что, в клуб? — спрашивает он, подмигнув мне в зеркало заднего вида.

Я прицеливаюсь в Лео взглядом: только попробуй!

— Нет, не в клуб, — понуро отвечает консультант и называет мой домашний адрес.

Отворачиваюсь к окну.

От холода кожа покрылась мурашками. Мокрое платье липнет к ногам.

— Я понимаю, что с вами происходит, Анна, — его голос спокойный, уверенный и, кажется, сочувствующий. — Сомнение, раздражение, даже злость. Но это пройдет. Уже после нашей следующей встречи.

Я устало смотрю на его отражение в стекле, затем перевожу взгляд на темную дорогу с пунктиром световых пятен.

— Поверю на слово, Лео. Но проверять не стану: я не настолько азартна.

— Не настолько? То есть это не вы на спор прыгали в реку с трехметрового моста?

Я резко оборачиваюсь. Хватаю ртом воздух. Пашка — трепло!

— Я была подростком!

— Где бутон? — ошарашивает меня Лео, хотя я еще не пришла в себя после его предыдущего вопроса. — Тот, что лежал на воротах.

Я достаю бутон из сумочки.

Лео стряхивает с него крупинки песка, затем вытаскивает из кармана невидимку и прикрепляет бутон к моим волосам.

— Я должен был сразу это сделать, — он отодвигается к окну — возвращает нам личное пространство.

Я все еще чувствую прикосновение Лео к моим волосам.

— Но что-то пошло не так, — стараюсь не улыбаться.

Лео усмехается, мол, все не так.

Впрочем, юбилей получился отличным.

— Обязательно скажу Паше, что ты сделал все возможное, — обещаю я, когда мы подъезжаем к моей высотке. — Ты и в самом деле был очень крут. Пока, Лео!

Я склоняюсь к нему и целую в лоб. Как своего сына перед сном.

Лео шарахается, будто от удара током.

Молча выходит из машины, провожает меня до крыльца.

— Я приду к вам завтра, Анна.

— Не уверена, что открою тебе дверь. Хотя кого я обманываю… Я уверена, что не открою. Прощай, индивидуальный консультант по счастливой жизни.

Я захлопываю дверь подъезда — ставлю точку в нашем с Лео знакомстве.
Made on
Tilda